Camera Kunsta

Портал концептуальной литературы

21-12-2021
Сергей Рок

Спасение Кошки, Москва

Сеня и Коля Горбачёв жили в Дятлово. Колю в детстве называли Михал Сергеевич. Теперь ему было 40 лет, у него до этого было 4 жены, все они теперь отделились, жили сами, ждали, впрочем, как и все русские женщины, чудес. Сене было 35, жена у него была, Тоня с погонялом Сявочка.

 В один день Сеня и Коля Горбачёв заработали тыщу рублей в ЖЖ, повесив объявление «Спасение Кошки. Москва». Люди перечислили денег на лечение кошки. Сфотографирован был при этом котёнок Иван Палыча, у него еще было штук пять таких – теперь же предстояло всех их спасти.

 Сявочка нажарила котлет, нарезала капусты. Коля Горбачёв сидел возле компьютера в кошачьем сообществе и изображал девушку, у которой болеет кошечка.

 -Слы чо, - крикнул он Сявочке.

-Ая! – отозвалась та.

В наших краях такое слово есть «Ая». Его еще переводили как «Аномальное явление», но раньше. Это что-то типа «ась», только заколхозенное смыслами местными. Вообще, ничего великого тут не было, в этой победе. Но факт говорил о многом – на Руси плохо живут только лохи. Умный человек, вот, хотя бы, возжелав забухать, тотчас находит себе способы.

У Сявочки был долгий и трудный путь. Вообще, путь сам – это жизнь, надо полагать, половая. Иначе и не скажешь. Это если б была она карьеристкой – другое дело. Путь же трудный был, так как и не представить того, чтобы был он легок. Другое дело, если с самого детства учили тебя отец и мать – живи аккуратно, осматривайся, ищи места – места теплые, ибо это и есть смысл бытия. На дороге к этим местам лишнего не делай, людям особо не доверяй, но свое недоверия открыто не показывай.

Надо начать с того, что Сявочка в школе училась и неплохо, покуда за школьным двором, средь газона и ёлочек, её не пригласили к соитию два паренька, бывшие в ту пору звездами за счет раннего оволосения. Парней кстати этих уже в живых не было. Одного в овраге ножом убили, лет уже 15 назад. А другого, лет 12 назад, убили также – а нашли его на пустыре, в рот ему был вставлен кусок шифера. Никаких других подробностей не сообщали.

Коля Горбачов, Михал Сергеевич, очень любил башлять. А что такое башлять? Кто знает? Это обозначает – платить. Но, вот, например, поехал Сепа Зубэнко врезаться. Врезаться – это значит ты садишься на Газ-53 с бочкой, едешь в поля, подъезжаешь к нефтепроводу, сверлишь дырку и скачиваешь нефть. Так вот, врезался Сепа нормально, раз десять. А на одиннадцатый его поймали, и он задолбался башлять. Много отдал. Выдоили из него менты чуть ли ни внутренности его.

Но, к примеру, хочешь ты попасть на должность. А там надо башлять. И ты башляешь. И попадаешь туда. Вот вам и смысл башляния. Но вообще – само ядро этой штуки большое, и надо быть внутри него, а иначе как ты поймешь – что такое башлять? В Дятлово – это навсегда. А может, живешь ты в Москве и ездишь на курорты по Европам, и даже не знаешь, что люди где-то далеко, на другой планете, но в той же стране, живут, размышляя о правилах башляния.

То-то.

Но в тему и говорили. Коля Горбачов сказал:

-А ты знаешь, как Савельева попала на должность?

-Все знают, - сказала Сявочка.

-А чо? Э? – удивился Сеня.

Налили. Выпили. Тогда продолжил Коля, Михал Сергеевич.

-Да там еще с 86-го года постоянно ставили баб на должность. Так повелось. Да через кровать. А кровати нет. Есть стул у начальника в кабинете. Так и говорили – стул.

-Стул? – спросил Сеня.

-Стул,- подтвердила Сявочка.

Тут ясно, конечно, что и Сеня, и Михал Сергеич, ребята, в целом, не глупые были. Пропивали ж они тыщу, заработанные на спасении кошки в Москве. Здесь. В Дятлово. Пропивали отрадно. Было понятно, что дело это новое и прекрасное.

-Стул, короче, появился в 85-м году, - сказал Михал Сергеич, - я о нем слышал, когда в школе учился. Сначала что-то старшие говорили, но я не понимал. А потом, как-то ночью, отец смотрел футбол. А мне запрещали. Мол, завтра в школу. А я к двери приоткрыл и в щелочку смотрю. Какой-то отборочный матч шел, и слышу, матушка с паханом разговаривает – слышь, мол, Орлова завскладом стала через стул. И я запомнил и все думал, как это – через стул? А правду узнал уже после армии. Мы бухали в бытовке маслозавода. И там был Ефимыч. Он и рассказал. Сказал, мол, на переработочном если баба – то идет через стул. Ну а мужик – то башляет. А все смеются, а я не пойму. Я у них спрашиваю – мол, в чем прикол? А они давай с меня ржать. Мол, молодой, зелень. А я знаешь каким старым в армии был? Меня все боялись. В общем, говорят, дело обычное. Начальники на перерабатывающем меняются, а традиция остаётся. Хочешь подняться выше по служебной лестнице, отработай. Там в 80-е раз десять директора менялись, потому что производство было передовое, поработал – отправляют дальше, либо наоборот – выгоняют. А в 90-е там открыли много левых цехов, даже ларьки на территории были. Но все равно, традиция осталась.

- А сейчас? – спросил Сеня.

-На счет сейчас я деталей не знаю. Но Юрец говорил, что там все так же. И стул тот же самый. А что? Очень удобно.

На самом деле, конечно, никто того не знал. Тем более, что первым эту историю рассказал Витя Гирин, которому нынче было лет уже 70, а в 80-е он только и делал, что сочинял что-то и в люди это дело пускал. Бывало – правду говорил. Бывало – брехал. Брехал чаще. Мужики, которые нынче ходили в общественную баню попариться, пивка припить, водки накатить, Витю там видели регулярно, но что тут было сказать? Поток не иссякал. Может быть, и новые данные про стул пришли оттуда же, из бани? Но кто проверит? Никто его, Гирина, и не ловил за язык.

Так вот, были приготовлены котлеты. Капуста – магазинная, по 70 рублей за килограмм. Морковка – магазинная, маринованная, по 85 рублей за кг. Грибы маринованные развесные, по 200 р за килограмм. Бутылка водки. Банка горошка. Пиво, 3 по 2 литра, «Большая кружка», дешевое, зато холодная. Но был и спирт, который продавали на железной дороге армяне по 600 рублей за 5 литров. Происходило это дело на как бы промзоне.  Стояла там битая «шоха», а пятилитровые баклажки стояли в багажнике. Менты про это место знали и сами покупали. Охраняли по собственной инициативе. Особого какого-то крышевания в наличии не было – ибо торговля шла там не по детски, а всякий в Дятлове был кум, сват, брат. Впрочем, Сеня и Коля «Михал Сергеевич Горбачев» были явно в числе единственном – ибо кто еще мог так запросто полнять штуку деревянных на спасении кошки, Москва.

Сявочка присоединилась к питию. Работала она в Бакланове. Возил её туда водитель, от начальника, да и порой – и сам начальник, и вот тут – история более, чем темная. Но темная она – как и вся большая, вся нечеловечески глубокая Русь. Еще, наверное, так же невероятен Китай, но ничего мы о нём не знаем.

Была же Сявочка замужем раза три, это если официально. Но детей много не нарожала. Была дочка непосредственно от Сени, Люда, маленькая светлая музыкантка. И, как раз, в тот момент, когда водка текла, а пиво шло как придача, а мясо выражало суть гордости русской, ибо кто ест мясо, тот не лох, а кто не ест, тот лох, Люда была в музыкальной школе и играла там на пианино.

Сеня у Сявочки четвертый был. Она его ценила. Никогда не ругались. Матом кричали лишь на дочь. Но она, Люда, была особого характера – это как бы все впрок ей было. Она не то, чтобы обтачивалась. Она была уже белая и крепкая, ничего не боящаяся. А ведь обычно как? Если родитель ребенка материт, то, значит, нелады в семье. Придёт Людочка, и слышит, кричит мамочка:

-Где нахуй же ты была?

-Каталась с горки?

-Это где?

-В школе.

И всё. И никаких конфликтов. И мир в семье. И Сеня сидит с сигаретой возле телевизора, или играет во флэш-игры в социально-пиратской сети «Вконтакте», и лучше его тут не трогать.

-Ну что ты, дочь? – спрашивает он. – Как оценки?

-Пятерки.

-Заебись, доча!

Здесь, должно быть, надо вспомнить девочку из к/ф «Пипец» (США), но это, во-первых, кино, во-вторых, США. Чисто США. Понятно, что людям только и делают, что ездят по ушам о всяческих сторонах чужой жизни, но кому оно надо? Если ты туда не приедешь даже во сне – то за какой фиг тебе оне?

И всё же, надо сказать о Сявочке, ибо была она баба вдумчивая, хитрящая, постоянно что-то выгадывающая, но главное – оно никогда не обманывала мужа своего. То есть, это и не говорило в пользу какого бы то ни было раскаяния. Но если разобраться – это ведь тактика, а не грех. Если история про стул в перерабатывающем – может быть и выдумка Гирина, ныне пристарелого мудака в отставке, то вся жизни Сявочки была настоящей, исполненной.  К примеру, надо ремонт сделать в доме, нужен песок, обычный, карьерный, русский. Идёт Сявочка к начальнику – говорит, слышь, мол, Иваныч, будут везти песок, пусть мне завезут. И завозят. А приголубил ли начальник Сявочку – то история темная. Кто о том знает? Правильно. Знания – сила. А нет знания – нет силы. Многие этого не понимают, и когда душа требует самовыражения, палятся. Но человек еще ладно. Вот кот, брат наш меньший, палится еще сильнее. Заходишь ты на кухню, а он – убегать. Хотя и не делал он ничего. А всё потому, что палево, и что устыдился он мыслей своих и таким образом себя проявил.

Сявочка часто рассказывала историю Ирки «Худая как камыш» Соловьевой. Но можно было сказать – что фамилия выражала что-то. Видимо, в те еще годы, когда сами фамилии, как концепции, зарождались на земле русской, они были приближены, вообще сдвинуты к смыслу, и если с годами, а то и с веками, сохранялось это дело, то все и соответствовало звучанию. Например, Медведев напоминает медведя, Волков – волка, Собакин – собаку, а человек по фамилии Злов был очень злым. Видимо, передается и зло перманентное. Хоть и странно, но так. И вот, в Соловьевой было как раз что-то от соловья, соловушки. А сняла Сявочка её с панели, Соловьеву, Ирку. Работала она на бордюре, а жила в соседней комнате рабочего общежития. Тут надо несколько пояснений, ибо не все люди знают. Бывают общежития студенческие, а бывают – просто так. Живут там люди и толкаются. Иногда всю жизнь толкаются. Даже до той поры, когда их выносят вперед ногами. И жизнь продолжается уже без тебя. При том, повсеместно опыляется население байками – например, выступил в ящике Проханов и рассказал о сатанинский европке. Но почему б, скажем, не сделать было Проханову большой обзор мира русских общежитий, включив сюда и цену на комнаты – эдак ведь, продав комнату в таком тараканнике в Дятлове, ты можешь купить квартиру в этой самой санатинской европке. Но, конечно, вопрос этот преувеличен. Нет, бежать – вопрос важный и широкой. Вот, например, пишут, что Путина нет, а вместо него – клоны. Информация же эта начала выскакивать еще и в самом путинском начале. Она то появлялась, то исчезала, и никто её не кормил, видимо – либо это неудавшийся чей-то пиар на почве скандальчика, либо – так оно и есть, и клонов и правда много. А значит, бежать? Да, но куда?

Ну так и вот, работала Соловьева на бордюре – это была средняя каста уличных девок. Самые избранные были что гейши, но таких в Дятлове было раз, два, и обчелся. Это неудобно, это дорого. Ибо есть разряд еще выше. На эстрадке нашей, на Российской, есть большое количество девочковых ансамблей, которые на самом деле призваны обеспечить досуг. Берешь ты телефончик и говоришь – а сколько стоит ансамбль «Ромашка» на субботу? Тебе отвечает кто-нибудь, ну, не знаю кто, композитор якобы, а на деле – товарищ более широкого профиля. Отвечает тебе – а, в субботку мы везем наш ансамбль в Эмираты, выступать перед Эмиром. Но у нас есть первый состав, он дешевше в три раза, один лям платите, и мы его привозим к вам, в Дятлово. Только, мол, встретите.

А в Дятлове – одна полоса, как раз, для чартера. И прилетает вечерком в субботку «Ту-134», переделанный для частных перелетов, с саункой и прочими делами. И выходят они – звездочки в отставке. И – поехало. Кабаки, конфетти, бухло, и важно – чтобы все видели, с кем ты отдыхал, чтобы потом все судачили.

Так вот, это – высшая лига. Местные звезды из кабаков – первая лига. Потом – широкая вторая лига, которая начинается от девок с квартирами и кончается «Интерклубовскими». Девочки там что надо, но дорогие. Существует, впрочем, средний тариф для второй лиги, который начинается от 50 долларов и заканчивается соточкой. Но «Интерклубовские» стоят дороже, правда, в тот период, когда они на съеме именно там.

Наконец, тротуарные. Вечер какого-нибудь декабря, носящий уличный мусор, белый свет адских энергосберегающих ламп, выключенные, но иногда сверкающие в темноте, фары мусорских машин, с сидящими в засаде на простых граждан работниками русской действительности, никакой жалости. Тротуарные то сбиваются в кучки, словно сбитые сезоном листья, то гордо стоят по одиночке. Собирают их тут быстро. Сутенер стоит где-то невдалеке, а тачке. Работа отлажена, эксцессов не бывает.

Бордюрные, получается, четвертая лига. Сюда часто идут девочки, которые приехали из Украины и ничего не успели найти, и уже нужно было платить за квартиру, а платить было нечем. Так вот, туда попала и Соловьева. Сдала же её вообще квартирная хозяйка, бабушка жадная, маргаринистая. Насильно, впрочем, ведь никто не может сдать.

-Каже поговорю с Рамом, - сказала она.

Приехал Арам.

-Сли, поработаешь, поехали.

Ирка сразу же согласилась. Вскоре и за квартиру расплатилась. Сявочка же, вытащив Соловьеву, договорилась откупиться в кредит. Но тут были сложняки. Сявочка, во-первых, умела кусаться до смерти, но все это было некоторым камуфлежем, хотя и логическим и правильным. Все потому, что Арам этот был некогда в жизни её в виде несколько ином. Более того, не смотря на всю свою армянскую алчность, он и сейчас был бы не против вернуть Сявочку. Сеня ничего мало того, что не знал, но и не узнал бы. А если бы Арам решил бы как-то дело усложнить, Сявочка бы могла и глаза ему вырвать. А если бы кто-то помогал, например, какие-нибудь пацанчики (я имею в виду, на стороне Арама), то могли б еще какие-нибудь пацанчики нарисоваться. А Дятлов – он такой. Ибо не важно, какие такие пацанчики. Моргнет в темноте тень ножика, и нету тебя. А едва выйдешь ты из района мучительно ободранных общаг, тут вроде бы блестят витрины, мигают вывески клубов, все выложено медведевско-путинской плиточкой. (Вся Россия, должно быть, теперь выложена этой плиточкой). Вроде бы, где тут ножику взяться?

Но это, наверное, и весь рассказ о Соловьевой. А были ли теперь отношения у Сявочки и у Арама? Нет, наверное. Но, может быть, один раз в три года возникал неожиданный ренессанс…..

Пора же вернуться к Спасению Кошки. Москва.

-Я так понял, если иметь мозги, заработать сейчас легко, - сказал Коля Горбачов, - прикинь, ничего не делали, заработали бабок на кошке.

-Надо еще поднять что-то, - ответил Сеня.

-Этого мало, - сказала Сявочка.

-А сколько надо? – спросил Сеня.

-Не знаю. Если б как зарплату.

-Нефиг делать, - произнес Михал Сергеич.

-Вряд ли, - произнесла Сявочка, - по-вашему, кругом дураки? Ну, получилось случайно, и ладно. Давайте.

Всё это было, конечно, разумно. Но Кошка.Москва – это, конечно, дело хорошее, но вдруг пришёл Валера, Валера Водкин. Это был парень уже не новый, и прежний стиль его был «Надо посидеть», означало это, что смысл жизни его был в том, чтобы отметиться в каком-нибудь кабаке, чтобы там его видели, чтобы потом об этом где-то было сказано. Но было это в прошлом. И тогда Валера, надо сказать, был Водкиным настоящим. И потом, он был Водкин потомственный. Отец у него был Водкин что надо.  Не просыхая, работал он на техосмотре. Там рот прикрывал рукой, чтобы пары змия не летели далеко, и работал он там буфером обмена. Многие, особенно дамы, не знают, что это такое, а между тем буфер обмена играет важнейшую роль в системе копировать-вставить, в компьютере. Так вот, приходил человечек осматриваться, приезжал, то есть, пригонял свой автомобиль. Происходило копирование. Шёл Водкин к окошку, где сидел мент, который подписывал техосмотр, и там имело место вставление. Кое- что оставалось Водкину на водку. Это не значило, что пройти техосмотр без данной процедуры было невозможно, но, порой, и новые, только что с автосалона, машины российского производства, браковались, и хозяина отправляли исправлять недочеты.

Потом Валера Водкин женился и водку не пил, или «так, чутка». Что было и в этот раз. И было видно, что жизнь широкую душу Валеры как бы притушили, словно бы воды налили в костёр, и он шипел, и всё на том. Но так оно обычно бывает. Сначала человек становится половозрелым, потом прыгаем и скачет, и, если его где-нибудь не прикроют, то он женится, и тогда женщина тушит костёр страсти, и наступает ранняя пенсия. Так вот, Валере было лет тридцать, тридцать два, и всё было в прошлом. Оставалось дожить.

-А где Саша? – спросил Михал Сергеевич.

-Дома.

-А не сидит щас?

-Не.

-Давно откинулся?

-Да полгода назад. Кстати, недавно врезался.

И вот, потёк рассказ в том же русле. Саша Водкин был старшим братом и постоянно попадал в прикрывалово. Говоря по-русски, его постоянно сажали, хотя и ненадолго. Убийств он не совершал, но не мог не воровать, не бухать. Хотя на Руси нельзя, чтобы не воровать. То есть, можно, но тогда ты ничего не получишь. Но если воровать так, как Саша Водкин, тоже ничего не получишь. Но это уж стезя такая. Допустим, был Саша в прошлой жизни комаром. Нападал он на людей и воровал кровь. По логике, должен был он стать хищников, но фиг. Ну так и вот, говорит Саша Водкин:

-Да недавно врезался[1], но много не налили. С ним Семенов поехал, на фазе стоять. Семенов на дыркане встал еще далеко, на трассе, там как раз если сообщишь, что едет наряд, будет лишних семь минут.

- А как так? – спросил Сеня.

-Ну ты чо. В бинокль смотрит.

-Ночью?

-Да. Он купил бинокль ночного видения.

-Это где он такое взял?

-В Китае купил. Заказал. Он же шарящий. В Китае все можно купить. Заказал, прислали. Нормально видать. А у тех «Газель», у наряда. Они когда только поднимается на горку, их видно. Но можно пропустить, если машин много. Короче, как тревога, он звонит ему и сам валит.

-А Саня?

-Бросает шлангу и едет оттуда.

-А не нагонит?

-А он едет до оврага, а потом аккуратно проскакивает через поле.

-А на чем?

-А Никитин даёт газон.

-У него газон есть?

-Ага. С бочки.

-Давай водки.

-Только чутка.

-А куда сдаёт?

-Да хачикам. Им все сдают. Они на дому перегоняют, там вся улица гонит. Но сейчас ловить сильно стали, наверное, скоро уже не врежешься. Или договариваться надо с охраной. Да щас не знаю. Раньше там свои работали, легко врезались.

И правда, то были времена другие, вроде бы даже более хлебные. Хотя все в мире имеет свою относительность. Нефтепровод тянули издалека, чтобы транспортировать продукт в богатые страны,  чтобы обеспечить безбедное существование верхних слоев населения, при этом, остатки этой каши шли бы на всякие нужды. И все мы это знаем. Нужно строить новые дороги, и строят их. При этом, 95% бюджета воруется, но дороги все равно строятся, и этот огромный мир, занимающий собой обширный кусок на земной шаре, продолжает и дальше дышать в том же ключе, и, кажется, так будет бесконечно. Ведь бывают же вещи константные, которые не изменятся никогда.

Так вот, лет еще пять до этого можно было врезаться, договорившись. Выбиралась определенная смена. Предупреждалась охрана. Но надо было башлять. Здесь, кстати, мы возвращаемся к теме первичного башляния, как одного из краеугольных принципов жизни русской. Порой, смотришь ведь, в телевизоре выступает какой-нибудь вещатель – или из писателей сугубо московских, или московский же обозревателей хренотени неведомой, и рассказывает он русским о русскости, нет тут ни грамма смысла, ни грамма жизни. И если вдруг возьмут, да и убьют такого вещателя где-то в подъезде, за просто так, то ничего не произойдет. Но, впрочем, на его место заберется какой-нибудь новый умник, и будет зарабатывать себе на хлеб этим необломанным никем обманом, и всё будет продолжаться.

-Не поймали? – спросил Сеня.

-Не знаю, - ответил Валера Водкин, чистя рыбу, - пока нет. А его ловили уже.

-А когда?

-А тогда же, когда Сепу поймали. Но на другой день.

-А как откупился?

-А не откупался никак. Как-то перетёр.

-Ну да.

Саша Водкин, по первой, был парень перспективный. Жизнь человека можно осматривать, начиная лет с 18, может, с 17. Тем более, если это – не Москва. Ибо Россию можно так и представить -  Россия и Москва. Можно даже сказать, что Москва – в качестве инородного тела, но это понятно каждому, и якуту, и кацапу, и приблатненной ростовщине. Непонятно, впрочем, москвичу. Да, есть еще Дагестан. Есть еще Чечня. Это отдельные миры. Были, впрочем, у нас районы, где жили турки. И вообще, непонятно, откуда они брались-то? Не с неба же прилетели. Так вот, покуда они там были (а потом их массово как-то всех сразу вывезли в США), русских там гоняли, а русские же ничем ответить не могли. Впрочем, в 95-х годах уже были казаки, которые пару раз этих турок на место ставили. Впрочем, были и наезды в армянские поселения, откуда до того русских выгоняли с криками «пощёйль ня хюй!». Так вот, Саша, Водкин, поначалу в этих всех движениях блистал. А, так как бухал он лучше всех, то есть и любили, и ценили. Парень был добрый, но воровитый. С ребятами ездили по складам. Договаривались со сторожами, за бутылку вывозили лес, кирпич. Во времена сразу после Эсэсэра такие вещи еще прокатывали. Ибо массово, к воровству, народ был приучен при советах. Тогда почти с любого предприятия можно было тащить, предварительно дав сторожу пузырь.

Поймался же Саша, как говорят, по глупости.  Устроился он работать на склад. В одну ночь он договорился вывезти газон досок, и доски были нужны не ему, словом, все было чисто, и у водилы, Кузьмина, не работал один поворотник. Это издалека, чуть ли не за километр, заметили сидевшие в кустах гаишники. Началась погоня. Кузьмина взяли, он спалился за обещание, что сам останется чистым. Впрочем, сам он утверждал, что ничего такого не делал, и что его отмазал кум. Но это обычное дело – то кум, то брат, то сват, в итоге Саша Водкин отправился на первую отсидку. А на вторую – после бытовой драке. А на третью – вообще, по его словам, за просто так – его поймали пьяного на улице и стали утверждать, что это он украл на складе ящики. Саша отказывался, но его били, пока не подписал. Но, конечно, никто не знал, кто него самого, правда это или нет.

О спасении кошки Сявочка говорить не давала. Сеня, было, что-то сказал, но она его перебила:

-Да это хуйня. Слышь

И посмотрела на мужа грозно.

И вновь перешли к сплетням.

-А слышали, Белый машину поменял?

-Нет.

-Да.

-Да давно уже.

-Это каковскую?

-У него была пластмассовая «Нива» и «Шевролетовская», а взял японца.

-Я слышал, Сушняк с Владика японца пригнал.

-И я слышал.

-Да он его уже продал.

-Ну да. Буев купил.

-Он, сука, везде успевает, Буев.

-А чо?

-Да ничо.

И налили. Но Валера Водкин, будучи человеком укрощенным уже навсегда, выпил парочку, больше не пил, да и не собирался долго сидеть. Это, не смотря на всё его сидения в годы юные – то кабаки, то саунки, то в парке на скамейке, то, например, на лавочке на территории какого-нибудь предприятия, где не было сторожа. «Посидеть» было что-то вроде молитвы на истинно верующего. Но, впрочем, один раз Валера серьезно встрял и едва не попал в серьезное прикрывалово. В ту пору ведь и брат его, Саша, сидел. А тут, сел Валера на машину и ездил так, будто в одно место ему вставили шило. Иногда выедет на какую-нибудь площадь, ближе к вечеру, да как даст разворот. Тормоза свистят, девки аплодируют. Это все равно, что в старину – на коне. А машина была что надо – Ваз 2106 «шоха», о которой в народе до поры до времени было суждение «ахххххуительная». То есть, о самой модели, не конкретно о той, на которой Валера ездил. Это теперь советские и постсоветские Тазы уже не пользуются той любовью, да и не вернуть её уже никогда. Разве что – вернуть железный занавес. Так вот, разогнался Валера и наехал на дедушку, дедушка ударился головой о бордюр и умер.

Тут началось. Вопрос был в одном – садиться или откупиться. Но откупаться надо было больше даже не от ментов, ибо там были какие-то движения, опять же, в виде «та может кум подсобит», сколько от родственников. Валера выплачивал года три, а по прошествии этих лет родственники вдруг решили, что выплатил он мало, и всё началось заново.

Но история эта в прошлом.

-Давай по третьей, - сказала Сявочка.

-А ты чего? – осведомился Валера.

-Да просто. А ты чего?

-А не слышал про стул? – спросил Сеня.

-Слышал, конечно. Савельева попала на должность через стул.

-А что там, платят хоть? – спросила Сявочка.

-Конечно. Да та так, там всего палтос, но там можно воровать. До этого там какой-то хач был на должности, но потом всех армян с того места погнали, ну и он ушел, когда один остался. Щас они завод аккумуляторов оккупировали. Все армяне там. Один приходит, все тут же набегают, пролезают на все начальственные должности. Начинают доить. Через два-три года хана заводу будет. А там они тоже доили, но уже все. Там просто по уму надо. Как? Царём стал, надо меру знать.

-А ты откуда про стул знаешь? – спросил Коля Горбачев.

-Да все знают. Начальник приглашает, а дивана нет. Да хотя может и брешут. Откуда я знаю. Почему у них там дивана нет? Все там есть. Да может и брешут. Может, чего и было, а может, допридумывали. Я чо. Врать не буду.

Тогда Валера покатил домой. Ездил он с некоторого времени на мопедике. Оно дело хорошее, но ментов также надо сторониться. Тем более, скоро введут на мопедики права – это будет сбор урожая серьезный, рыбный, общенациональный.

Пьянка же продолжилась. Теперь уж не говорили о делах конкретных. Разговор слипался, много братались, много радовались и вспоминали. Было решено заработать на кошке еще денег, но только на другой. А ту, другую, то есть, котёнка Ивана Палыча Хренова, следовало теперь признать здоровой и показать всем в сообществе. То-то радости бы было. Сеня вот что придумал:

- Надо найти место, где много кошек, сфотографировать  и показать – мол, много кошек страдает, а у старушки нет средств, и саму старушку показать. Можно, например, баб Аллу сфотать, а кошек много Кошкиных пасётся. У них своих – штуки четыре, а как жрать дают, там все соседские собираются. И все как раз ободранные, что надо. Посмотрим, получится – то получится.  А нет – нам то что.

-Надо сначала там что-то повесить такое, - проговорила Сявочка, - чтобы доказать, что мы – настоящие любители кошек.

-Ну я ж и говорю. Мы ж одну кошку уже спасли. Зачем к карме. Щас только так.

-Да, по любому, карма, - согласился Коля «Михал Сергеевич» Горбачов.

А потом пришла уже Людочка, дочка Сени и Сявочки, с музыкальной школы, и было совсем весело, ибо всё у неё получалось. На то и сказ весь.

 

[1] Врезаться – подъехать к трубе (нефтяной, допустим), просверлить дырку, приставить свой шланг и качать

Основое

Логин Пароль
запомнить чужой компьютер регистрация забыли пароль?
20-02-2023
Не было моста

Не было моста.

Пащенко на какое-то время забыл даже, как его звали, но отметил, что он и раньше забывал имя. Сегментировались части сознания. Где-то вдали Иванова превращалась в сыр. Чтобы облегчить понимание сути, надо было дозвониться до Ивановой и вернуть ее к жизни, и он знал, что она ответит: О чем это ты?

Но моста теперь точно не было, река передвинулась куда-то вперед, к югу.

- Это все, - сказал он себе.

Одной из проблем является попытка найти себе в двумерном обществе. Не надо искать. Но что тогда делать? Может быть, убивать? А что, если вас насильно сделали обезьяной, но вернуться из обезьян вы не можете? Смириться? Что еще? Убежать? Предлагайте варианты.

Пащенко встал на спуске и смотрел вниз. Мост все же был – его отнесло куда-то вперед, вместе с рекой. На том же месте, где прежде была река, появился залитый водой поселок. Что за поселок? Он много лет видел во сне всю эту катастрофу, но не мог предположить, что все это может случиться наяву. Нужно было спросить у кого-нибудь: так ли все – но никого не было, и он пошел вниз пешком, а как дошел до поселка, оказалось, что тут наставлены какие-то мостки, чтобы не идти вброд. Встретился мужик на лодке. Но о чем его можно было спросить? Ведь ни поселка, ни мужика, еще вчера не было.

Журнал "Наша мододежь"
Журнал "Бульвар Зеленый"
21-12-2021
Спасение Кошки, Москва

           Сеня и Коля Горбачёв жили в Дятлово. Колю в детстве называли Михал Сергеевич. Теперь ему было 40 лет, у него до этого было 4 жены, все они теперь отделились, жили сами, ждали, впрочем, как и все русские женщины, чудес. Сене было 35, жена у него была, Тоня с погонялом Сявочка.

 В один день Сеня и Коля Горбачёв заработали тыщу рублей в ЖЖ, повесив объявление «Спасение Кошки. Москва». Люди перечислили денег на лечение кошки. Сфотографирован был при этом котёнок Иван Палыча, у него еще было штук пять таких – теперь же предстояло всех их спасти.

 Сявочка нажарила котлет, нарезала капусты. Коля Горбачёв сидел возле компьютера в кошачьем сообществе и изображал девушку, у которой болеет кошечка.

 -Слы чо, - крикнул он Сявочке.

-Ая! – отозвалась та.

В наших краях такое слово есть «Ая». Его еще переводили как «Аномальное явление», но раньше. Это что-то типа «ась», только заколхозенное смыслами местными. Вообще, ничего великого тут не было, в этой победе. Но факт говорил о многом – на Руси плохо живут только лохи. Умный человек, вот, хотя бы, возжелав забухать, тотчас находит себе способы.

17-12-2021
Ольга Шатохина. Когда тростник прочнее стали…

По истории путешествий норвежского исследователя Тура Хейердала можно следить, как менялся мир во второй половине ХХ века. Плавание на плоту «Кон-Тики» через несколько лет после окончания Второй мировой войны – это история о странствии в неведомое. Океан пустынен и чист, главная опасность исходит от стихийных сил. Люди готовы помогать, часто даже безвозмездно. А во время последнего большого плавания экспедиция Хейердала столкнулась с самыми неприятными сторонами цивилизации – всеобщей коммерциализацией, военным противостоянием…

Итак, в ноябре 1977 года известный исследователь Тур Хейердал во главе международной экспедиции отправился в путь на тростниковой лодке «Тигрис», построенной как точная копия древних шумерских судов. Местом старта была деревня Эль-Курна, около которой сливаются великие реки Тигр и Евфрат. Тысячелетия назад здесь существовала одна из древнейших древних цивилизаций Земли, остававшаяся после себя множество загадок.

03-09-2021
Марзия Гудкова. Африканские страсти!

Рекомендую прочитать — настоящие африканские страсти, любовные интриги и разгадка клубка невероятных событий — все в одном флаконе!

02-07-2021
758

Попробуй, найди тему, когда темы одни и те же. Реальность человека проста, а личностная утонченность зачастую слишком персональна – каждый индивид сам себе кажется микро-богом, но, конечно, бывают и более крупные фигуры – опять же, внутри себя. Экспоненциальный стиль имеет множество ограничений, он напоминает записки парашютиста, который приземлился в очередной раз и увидел вокруг себя привычные контуры. Ничего нового, но старых котов нет. Сеть. Что еще кроме сети?

07-05-2021
Пастор

Джон почему-то вспоминал именно то, как его раскусили именно в Коннектикуте – и ведь хорошо, что все не закончилось тюремным сроком, и Донахью дал ему верное, точное, какое-то бомбометательное определение:

Липкий.

Это б теперь и повторить – Липкий. Джон Подтянул к себе клавиатуру и написал:

 

Версавия. Главный редактор издательства «Улития».

 

- Что ж, - сказал он себе, - гробница доблестных — вся земля.

Весь 99-й год он представлялся Пастором и собирал деньги, пока и не произошел акт вскрытия – словно бы взяли и отпаяли горлышко у бутылки с веществом под названием goo. Сила – это понимание того, что люди заняты своими делами, и чем больше дел, тем сильнее автоматизм. Но сильнее всего – дурак, как способ, как средство, как строительный материал для умелых специалистов. Джон, было, решил подвергнуть себя анализу – где же прокололся Пастор? Может быть, червь подточил мостки дороги где-то в процессе прохождения, но между анализом и самоанализом – пропасть. Кислота лишает отваги. Наоборот, движение вперед без оглядки одухотворяет, и здесь ты – первооткрыватель миров и субстанций.

24-02-2021
Последние вздохи зимы

Бабки, бабки. В бабках хорошо. В бабках, как в кустах счастья. Еще лучше,  когда есть таинство бабок, а тут все делится на два направления, где первое – это познание, а второе – естествознание. Например, ты проверил свои способы урвать что-то на практике, встречаешь товарища, а тот говорит:

- Слышь, как сам?

- Да так, - отвечаешь ты, - сойдет. А ты?

- Да так. Но так, соточку получаю, но это так.

- А….

- Ну это так, братан, оно не всегда.

- Ага…

- Бывает и больше.

14-02-2021
Мамонт

Ближе к новому году Миша С. задумался о дисках. Хотя времена дисков прошли, он пришел в магазин и сделал запрос. Менеджер, включив режим «я дергаюсь», шелестел. Оказалось, что дисков очень много, и почему-то очень много дорогих.

- Братан, не надо дорогие, - с раздражением сказал Миша.

В тот день мелкий снег обозначил толерантность зимы – приходить она не собиралась, но лишь вертела воображаемым хвостом, заставляя машины разгонять сырую грязь. Ёлок почему-то не продавали, говорили, что и не будут продавать – в этом виделся какой-то заговор. Дисков в магазине было полным-полно, покупали их теперь мало, так как, в-основном, пользовались флеш-накопителями. Диски спали в своей пластмассовой грусти.

14-02-2021
Движение

Снег облагораживает пространство, словно бы воздух осветлился, пройдя через фильтры невидимого духа. Леса родины хранят много необычайного. Металлы, во всем их многообразии, могут находиться в самом разном состоянии, и самое важное из них – это духовное. Стружка это, или мелкий песок, или плавление идей – но, когда идешь ты, радуясь тому, как хорошо метет по всей земле, и как по боку тебе привычные стандарты, ты понимаешь всю силу веществ.

Если ты находишь в лесах Ленинградской области брошенную радиолокационную станцию «Терек», СССР вдруг восстает ото сна, представая пред тобой отдельным вертикально стоящим существом. Он в халате. Это Доктор. Доктор СССР.

 

02-12-2020
Две книги. Что общего?

Я прочитала лишь одну из них, о второй нынче гудит охочий до скандальных сенсаций рунет. Еще бы, книга с таким названием… О том, что же у нас с головой, по мнению финской радиоведущей Анны-Лены Лаурен, много лет проработавшей в Москве и Петербурге, мы и узнаем из ее книги. И несмотря на прекрасное знание Анной-Леной русского языка, писала она все-таки не на нем, и перевела ее впечатления другая Лена — автор нашего портала Елена Николаева (Тепляшина). Чем мы и хвастаемся.

Вторая книга — совсем другая. Это детектив, написанный новым автором Ларсом Кеплером, хитро закрученный, очень динамичный и изрядно страшный.

Думаю, вы уже догадались, что историю о расследовании, которое проводит «горячий финский парень» сероглазый комиссар Йона, перевела для нас тоже Лена Николаева.

все новости колонки

Кол Контрультура

Буквократ

X

Регистрация