Camera Kunsta

Портал концептуальной литературы

22.12.2022Автор: blondi

Коленки

Дурацкое имя - Маргарита. Как ни крути его - дурацкое. Марго, Рита, и вообще ужас - Ритуля. Это бабушка так. Дуля-Ритуля. А мама только смеется. И рассказывает про свою подругу в молодости. Лучшую самую. Раскрасавицу. Не то, что Ритка. На старой фотке черно-белой так смешно раскрасавице Маргарите закрасили губы ярко-красным. И на крепдешиновом платье нарисовали цветочки. Ути-ути... Сейчас бы на дискарь такое платье надеть. Все упадут. По переду - пуговочки. Ритке нравится, но она никому не говорит. Джинсы, нужны джинсы.

   Вот, дождались со Светкой, когда в магазин привезли коричневые вельветовые халаты. Купили по две штуки и сбацали джинсы из них. Теперь, если вместе куда идти, то договариваются - чья очередь надевать это коричневое безобразие. Рубчик толстый, на фирму не похоже все равно. Но зато карманы сделались, как надо - со строчкой желтыми нитками. И даже лейбочки нашлись две одинаковые - у Риткиной мамы в старых, папой когда-то привезенных тряпках. Спорола с блестящих косынок.
   Но сегодня без договоров. Светка уехала к родственникам в деревню. А Ритка пойдет на дискарь с девчонками из соседнего дома. Сами позвали. Хотя почти и незнакомы. Ленка и Виола.
   Ритка остановилась, согнув ногу, поправила тонкий ремешок босоножки. Поцокала дальше, присматриваясь к дороге. Темно. Темнотища... Фонари только под себя светят. А как выскочишь из света - ногу сломать на ухабах - легко.
   Интересно, а какое имя, если самой себе выбрать? Все эти Светы, Лены, Наташи - в каждом классе по пять штук. Виола - тоже фигня. Круглое, пузатое. А Виолка страшненькая такая сама, пацаны во дворе ржут над ней часто. Но она нос задерет и - самая главная. Вся в фирме.
   Ира? Ирэна... Это соседка у них на четвертом. Ирэна - с тазиком мокрого белья и в чулках винтом. Муж лысый, толстый. Фу... Нет, Ирка тоже дурацкое.
   Высмотрела на пустом автовокзале, на залитой жиденьким светом фонарей платформе, - скамейку с фигурами девчачьими. Ждут. Ну, хорошо, а то она опоздала немножко. Пошла с одной стороны дома, а там Шкидла с дружками своими. Гогочут. Минут пять стояла в темноте у стены, все не решалась проскочить. Потом развернулась и пошла дальней дорогой. Страшновато, темно, людей нет. Но вот уже почти и добежала...
   - Привет!
   Круглолицая Ленка с толстой коской глянула остро и холодно. Потом заулыбалась, кивнула, похлопала по лавке приглашающе. А взгляд, верно, показался, решила Ритка.
   - Автобус пропустили, - скандально сказала Виола. Полезла в сумочку и достала помаду. Выпятила узкие губы и, скосив глаза, без зеркальца - раз-раз - ярко-красным, таким же, как ретушь на старой фотке. Покусала кровавые губы и протянула истертый карандашик Ритке. Та замотала головой:
   - Н-нет. Я не крашу.
   - Мама не разрешает?
   - Ладно тебе, Виольчик, - вступилась Ленка, - чего ей красить, вон какие губищи! Покусает и порядок.
   - Ага, или кто-нибудь ей...
   Ритке стало неуютно.
   - Да ты садись, чего топчешься, - ласково сказала Ленка, - нам двадцать минут ждать автобуса теперь. Еще подружка собралась подойти, так что все равно бы ждали.
   Девочки сидели ближе к краю, и Ритка присела на серединку скамейки. Вытянула ноги - вельветки такие узкие, что сидеть по-другому не получалось. Тихонько расстегнула пуговку на поясе.
   - Сама пошила? - спросила Ленка.
   - Ага...
   - Видно, - лениво откомментировала Виола. И вытянула в свет фонаря жирноватую ногу в фирменной джинсе.
   Ритку бросило в жар. Уйти, что ли? Если сейчас поскандалить, то, как они потом вместе, на дискаре? А смолчать, получится, что струсила. Или эта толстуха чучельная со всеми так общается?
   - Ты их пошила хорошо, - сказала Ленка, - только вельвет крупный. Ну, раз нет денег на настоящие, да? Пусть такие.
   Одернула на боках длинную кофточку мокрого трикотажа. Была Ленка не толста, но широка в талии и пышногруда. Светлые кудряшки выбивались из немодной коски, обрамляли лицо соломенным кружевцем. А носик совсем курносый, кончик смотрит вверх. Ритка вспомнила, в классе девчонки рассказывали, что обе - Ленка и Виолка - давно уже не девочки, с пятого, кажется, класса. Но не поверила. Не красавицы, да и пятый класс. Чушь, наверное! Учились они в другой школе, так что всего можно наговорить...
   - Блядь, скучно! - протянула Виолка и повалилась на Ленкину грудь плоским лицом.
   - Уйди, дура, - Ленка отклонялась, удерживая подружку за плечи, - вымажешь кофту помадой, мать меня убьет.
   - Я тебя сама убью! Надо было на "пятак" идти, сидим тут!
   - Забыла, да? Лысый закрыл тебе "пятак". Нашла с кем ругаться!
   - У-у-у-у, - Виолка пощекотала взвизгнувшую Ленку и села, свесив голову. Любовалась золочеными босоножками.
   Фонариком подкатил автобус восьмерка. В жидкой темноте автовокзала аквариумное нутро его было нездешним и пустым. Только черная фигура кондукторши куклой болталась рядом с шофером.
   - Во-от, когда он нужен, к тетке доехать, так хрен дождешься, - по лицу Ленки ползли стеклянные всполохи, - а щас уже второй приходит-уходит...
   - Томки нет, если она и на этот опоздает, хер с ней - пригрозила Виола.
   - Ага-ага...
   Раскрыв и закрыв двери, восьмерка унесла свет за автовокзал.
   - Девочки? Ах, девочки...
   Из темноты за крайним киоском выскочил парень. Прыгнул на скамейку. И закрутился, нагибаясь, засматривая в лица. Ритка дернулась от него.
   - Красавицы мои, ждем да? Меня ждали? - замахал длинными руками, мимоходом прихватил Ритку за спину, мазнул ладонью по вельветовому колену.
   - Пшел, уйди, - растерялась Ритка. Отодвинулась, вжимаясь в бок Ленки.
   Незаметно придержала пояс джинсов - дура, пуговицу расстегнула еще. Ленка молча отклонилась.
   - Угощаю сигаретками красавиц, - парень, дыша перегаром и табаком, выхватил из нагрудного кармана пачку и сунул Ритке в лицо.
   - Я не курю, - огрызнулась та. Что за фигня? И не поймешь - знакомый он их или просто так?
   Ленка потянулась, зацепила маникюром две сигаретки. Нагнулась через Риткины колени и прикурила от щелкнувшей зажигалки. Отдала вторую Виолке.
   Ритка сидела, напряженно выпрямившись. Сердце нехорошо билось.
   - На танцулечки собрались, да? Ах вы мои крошечки. На танцулечки?
   - Ага, - Ленка сложила розовые губы колечком и выпустила в бледный свет фонаря струйку дыма.
   - Меня возьмете?
   - Вот еще...
   - Я хороший. Вот только подружка ваша - боится. Бои-и-ится меня, да?
   И он снова шаркнул лапой по Риткиному колену.
   - Не трогай меня лучше, - сухим ртом сказала она. С тоской посмотрела на темную площадь, несколько спящих автобусов на стоянке. Много света лишь у входа в автовокзал. Там пара ментов в фуражках. Подумала - втроем от одного - отобьются. Если что, можно завизжать погромче. А девки шепчутся, и снова не поймешь - если это их знакомый, так лучше знают, как от него отклеиться... Решила пока подождать. В сторону парня не смотрела, чтоб не стал базарить. Краем глаза ухватывала белесое пятно лица, темные растрепанные патлы. И запах этот...
   С облегчением услышала рокот мотора. Но - снова восьмерка, вот же блин. Кургузый автобус бодро подкатил, зашлепал раздвижными дверями, лязгая.
   Выпустил из фонарикового нутра пяток черных пассажиров.
   - А вот и дождались, да? Дождались красавицы. Едем, да?
   - Это не наш, - сказала Виола. И наклонилась к Ленкиному уху. Шепнула что-то.
   Ленка кивнула, пачкая краешек уха кровью помады.
   - Ну, тогда ждем, жде-ом, - паясничал парень.
   Ритке было трудно дышать. Хотелось встать и уйти. Но пришлось бы на глазах этого урода подтягивать расстегнутые джинсы, совать пуговицу в узкую петлю. Может, сам свалит?
   Автобус, порычав тихонько, будто отдыхая, взревел освеженно мотором, готовясь уехать. И Ленка с Виолой резко бросились, побежали, вскочили в салон, в уже закрывающиеся двери.
   Ленка за стеклом посмотрела на Ритку. Остро и холодно. И, отвернувшись, стала что-то подружке говорить.
   Уехали.
   Ритка, держа руку на поясе джинсов с той стороны, где теперь сквозила пусто скамейка, растерянно смотрела, как болтается в темноте прозрачный фонарик салона. Маленький уже, будто елочное украшение.
   Рванулась встать. И наткнулась на жесткую руку, швырнувшую ее на обтесанные брусья скамейки.
   - Сидеть, падла, - прошипел парень, - вякни хоть что, убью паскуду...
   Села, чуть отвернувшись. Потянув, застегнула, наконец, пояс штанов. Шарила глазами по безнадежной темной пустоте. Ну, хоть кто-нибудь! Пусть сам не подойдет, так скажет ментам, покажет - вон там, с краю платформы, где уже киоски, за которыми - черно, девушку обижают...
   - Щас встанем и пойдем. Если побежишь - на каблуках своих - догоню и кишки выпущу. Заорешь - то же самое.
   Ритка молча встала и, мельком глянув, как держит одну руку в кармане брюк, пошла на ватных ногах в полуметре от угловатой черной фигуры. Парень держался чуть сбоку и позади, иногда подталкивал девушку рукой - задавал направление. Шли прямо на яркий свет распахнутых дверей автовокзала. Черные силуэты милиционеров становились детальнее. Вот уже и лица можно разглядеть.
   Ощутила под ложечкой укол надежды, взмолилась страстно, в секунду представив себе, как срывается с места, бежит прямо туда, к этим фуражкам, прячется за широкие спины. И потом - домой-домой. А завтра скажет этой сволочной Ленке, все скажет, что про них думает. И Светке расскажет, дрожа голосом и смеясь... В лицах.
   Одна из фуражек подняла руку и махнула приветственно в их сторону. Расплылся в улыбке бледный блин широкого лица:
   - Петич, гуляете?
   - Да, Валера! Вишь, какой вечер славный. Пройдемся туда-сюда... - и парень подтолкнул Ритку чуть наискось, не доведя до света - за угол здания.
   Ошеломленная Ритка деревянно свернула в темноту. Внутри завопило, чтоб - бежала, дура, кричала. Но захлебнулось страхом, кажущим перед глазами картинку - никого. Даже на свету. Никого. Одиннадцать уже, и дежурная диспетчерша прикрыла окошко свое железной ставенкой, из-под которой - лезвийко света. Фуражки...
   Темнота обступила, схватила мокрую руку жесткими пальцами Петича. Рванул за собой, дальше-дальше в разбитый переулок. Помойка. Все дома сносят, развалины остались. И, среди покалеченных стен - тусклый фонарь мочится светом на отсыревший хлам.
   Подтащил под самый фонарь. Прислонился к столбу. Схватил за плечи. Глянул в лицо:
   - Еблась уже?
   - Я...
   - Говори, сука, честно. Я же не садист какой. Еблась, спрашиваю? Целку ломали?
   - Нет, - тонко прошептала Риткина отчаянная надежда.
   Петич закопошился рукой у пояса своих брюк, другая - клешней на ее ключице. Надавил сильно:
   - Давай тогда - на колени. Ну? Не ссы. Пять минут и отпущу. Быстро. А то морду изуродую блядскую твою, не будешь - по танцам.
   Ритка сползла вниз. Через вельвет укусили коленки обломки черепицы. Далеко-далеко, порыкивая, проехал автобус. Наверное, тот, которого ждали.
   Чувствуя, как пальцы на затылке зарылись в гладкие волосы, раскрыла рот. Как велено.
   - Не-е-еблась, - умирающим голосом подхлестнул себя парень, - це-е-елочка...
   Через пару минут резко отбросил ее голову. Застегнул штаны. Повернулся и канул из света фонаря - в темноту, что щерилась осколками и обломками. Захрустело стекло, звякнули глухо куски черепицы, прошуршала бумага.
   Ритка медленно встала. Повернулась и пошла в другую сторону. На цыпочках, следя, чтоб не звякнуть, не захрустеть, не зашуршать. Дышала коротко, ах-ах-ах - вдох - до внутренней мелкой тряски. И выдох такой же, но не до конца, а то подгибались колени. Начала было всхлипывать, но, услышав сбоку шорох, замерла на полшаге, разбивая сердцем грудную клетку. И без всхлипов, тенью - обратно, к свету автовокзала.
   За последним киоском постояла, уже почти на свету. Дрожащими пальцами пригладила волосы, выправила воротничок. Старательно изучая, как свет фонаря мажет старый шифер навеса, - там гнездо ласточек уже несколько лет, - вытерла ладонью губы. Проверила пуговицы клетчатой рубашки.
   И пошла на освещенную платформу. Как раз подъехал ночной междугородний. Привез моряков, что возвращались из рейса - из Симферопольского аэропорта. Женщины встречали своих мужчин - с цветами, поцелуями. Смеялись. И расходились по двое, слипнувшись, таща чемоданы и сумки на колесиках.
   Шла навстречу парам, закрывая глаза внутри. Обходила приехавших. Поймала взгляд женщины на свои джинсы, украдкой пощупала молнию и пуговицу. Застегнуто.
   Через десять минут, добежав до своего подъезда, ткнув пальцем в кругляш звонка, опустила глаза и увидела на темном вельвете коленок большие светлые пятна. Камень домов - известняк, пачкает, как мел.
  
рейтинг: 0
ваша оценка:

Основое

Логин Пароль
запомнить чужой компьютер регистрация забыли пароль?
21-12-2021
Спасение Кошки, Москва

           Сеня и Коля Горбачёв жили в Дятлово. Колю в детстве называли Михал Сергеевич. Теперь ему было 40 лет, у него до этого было 4 жены, все они теперь отделились, жили сами, ждали, впрочем, как и все русские женщины, чудес. Сене было 35, жена у него была, Тоня с погонялом Сявочка.

 В один день Сеня и Коля Горбачёв заработали тыщу рублей в ЖЖ, повесив объявление «Спасение Кошки. Москва». Люди перечислили денег на лечение кошки. Сфотографирован был при этом котёнок Иван Палыча, у него еще было штук пять таких – теперь же предстояло всех их спасти.

 Сявочка нажарила котлет, нарезала капусты. Коля Горбачёв сидел возле компьютера в кошачьем сообществе и изображал девушку, у которой болеет кошечка.

 -Слы чо, - крикнул он Сявочке.

-Ая! – отозвалась та.

В наших краях такое слово есть «Ая». Его еще переводили как «Аномальное явление», но раньше. Это что-то типа «ась», только заколхозенное смыслами местными. Вообще, ничего великого тут не было, в этой победе. Но факт говорил о многом – на Руси плохо живут только лохи. Умный человек, вот, хотя бы, возжелав забухать, тотчас находит себе способы.

Журнал "Наша мододежь"
Журнал "Бульвар Зеленый"
17-12-2021
Ольга Шатохина. Когда тростник прочнее стали…

По истории путешествий норвежского исследователя Тура Хейердала можно следить, как менялся мир во второй половине ХХ века. Плавание на плоту «Кон-Тики» через несколько лет после окончания Второй мировой войны – это история о странствии в неведомое. Океан пустынен и чист, главная опасность исходит от стихийных сил. Люди готовы помогать, часто даже безвозмездно. А во время последнего большого плавания экспедиция Хейердала столкнулась с самыми неприятными сторонами цивилизации – всеобщей коммерциализацией, военным противостоянием…

Итак, в ноябре 1977 года известный исследователь Тур Хейердал во главе международной экспедиции отправился в путь на тростниковой лодке «Тигрис», построенной как точная копия древних шумерских судов. Местом старта была деревня Эль-Курна, около которой сливаются великие реки Тигр и Евфрат. Тысячелетия назад здесь существовала одна из древнейших древних цивилизаций Земли, остававшаяся после себя множество загадок.

03-09-2021
Марзия Гудкова. Африканские страсти!

Рекомендую прочитать — настоящие африканские страсти, любовные интриги и разгадка клубка невероятных событий — все в одном флаконе!

02-07-2021
758

Попробуй, найди тему, когда темы одни и те же. Реальность человека проста, а личностная утонченность зачастую слишком персональна – каждый индивид сам себе кажется микро-богом, но, конечно, бывают и более крупные фигуры – опять же, внутри себя. Экспоненциальный стиль имеет множество ограничений, он напоминает записки парашютиста, который приземлился в очередной раз и увидел вокруг себя привычные контуры. Ничего нового, но старых котов нет. Сеть. Что еще кроме сети?

07-05-2021
Пастор

Джон почему-то вспоминал именно то, как его раскусили именно в Коннектикуте – и ведь хорошо, что все не закончилось тюремным сроком, и Донахью дал ему верное, точное, какое-то бомбометательное определение:

Липкий.

Это б теперь и повторить – Липкий. Джон Подтянул к себе клавиатуру и написал:

 

Версавия. Главный редактор издательства «Улития».

 

- Что ж, - сказал он себе, - гробница доблестных — вся земля.

Весь 99-й год он представлялся Пастором и собирал деньги, пока и не произошел акт вскрытия – словно бы взяли и отпаяли горлышко у бутылки с веществом под названием goo. Сила – это понимание того, что люди заняты своими делами, и чем больше дел, тем сильнее автоматизм. Но сильнее всего – дурак, как способ, как средство, как строительный материал для умелых специалистов. Джон, было, решил подвергнуть себя анализу – где же прокололся Пастор? Может быть, червь подточил мостки дороги где-то в процессе прохождения, но между анализом и самоанализом – пропасть. Кислота лишает отваги. Наоборот, движение вперед без оглядки одухотворяет, и здесь ты – первооткрыватель миров и субстанций.

24-02-2021
Последние вздохи зимы

Бабки, бабки. В бабках хорошо. В бабках, как в кустах счастья. Еще лучше,  когда есть таинство бабок, а тут все делится на два направления, где первое – это познание, а второе – естествознание. Например, ты проверил свои способы урвать что-то на практике, встречаешь товарища, а тот говорит:

- Слышь, как сам?

- Да так, - отвечаешь ты, - сойдет. А ты?

- Да так. Но так, соточку получаю, но это так.

- А….

- Ну это так, братан, оно не всегда.

- Ага…

- Бывает и больше.

14-02-2021
Мамонт

Ближе к новому году Миша С. задумался о дисках. Хотя времена дисков прошли, он пришел в магазин и сделал запрос. Менеджер, включив режим «я дергаюсь», шелестел. Оказалось, что дисков очень много, и почему-то очень много дорогих.

- Братан, не надо дорогие, - с раздражением сказал Миша.

В тот день мелкий снег обозначил толерантность зимы – приходить она не собиралась, но лишь вертела воображаемым хвостом, заставляя машины разгонять сырую грязь. Ёлок почему-то не продавали, говорили, что и не будут продавать – в этом виделся какой-то заговор. Дисков в магазине было полным-полно, покупали их теперь мало, так как, в-основном, пользовались флеш-накопителями. Диски спали в своей пластмассовой грусти.

14-02-2021
Движение

Снег облагораживает пространство, словно бы воздух осветлился, пройдя через фильтры невидимого духа. Леса родины хранят много необычайного. Металлы, во всем их многообразии, могут находиться в самом разном состоянии, и самое важное из них – это духовное. Стружка это, или мелкий песок, или плавление идей – но, когда идешь ты, радуясь тому, как хорошо метет по всей земле, и как по боку тебе привычные стандарты, ты понимаешь всю силу веществ.

Если ты находишь в лесах Ленинградской области брошенную радиолокационную станцию «Терек», СССР вдруг восстает ото сна, представая пред тобой отдельным вертикально стоящим существом. Он в халате. Это Доктор. Доктор СССР.

 

02-12-2020
Две книги. Что общего?

Я прочитала лишь одну из них, о второй нынче гудит охочий до скандальных сенсаций рунет. Еще бы, книга с таким названием… О том, что же у нас с головой, по мнению финской радиоведущей Анны-Лены Лаурен, много лет проработавшей в Москве и Петербурге, мы и узнаем из ее книги. И несмотря на прекрасное знание Анной-Леной русского языка, писала она все-таки не на нем, и перевела ее впечатления другая Лена — автор нашего портала Елена Николаева (Тепляшина). Чем мы и хвастаемся.

Вторая книга — совсем другая. Это детектив, написанный новым автором Ларсом Кеплером, хитро закрученный, очень динамичный и изрядно страшный.

Думаю, вы уже догадались, что историю о расследовании, которое проводит «горячий финский парень» сероглазый комиссар Йона, перевела для нас тоже Лена Николаева.

02-12-2020
Елена Черкиа. Так назад или вперед?

«Браузер не поддерживается. Вы используете браузер, который Facebook не поддерживает. Чтобы все работало, мы перенаправили вас в упрощенную версию.»
Вот так сейчас работает расширение, призванное вернуть старую версию ))). Гугл хром заботливо перенаправляет пользователя расширения — в УПРОЩЕННУЮ ВЕРСИЮ, с новым дизайном, конечно же.
Я уже писала, что привыкнуть можно ко всему, и чем кардинальнее перемены, тем громче «картофельные бунты», а мы сейчас имеем дело именно с такими бунтами. Это ведь не просто новый кривой дизайн, это дизайн, заточенный под новые устройства. Без букв, но с картинками, без текстов, но с эмодзи, без возможности рассмотреть фото-оригинал, но — с его «репродукцией» на экране в лучшем случае в десять раз меньше ранишнего, в худшем — во все двадцать.
Я думаю, монстры идут на такой шаг именно потому что он неизбежен. Большая часть юзеров пользуется социалками именно в мобильных устройствах. Намного меньшая — с больших. Я бы сказала, по их прогнозам — исчезающе меньшая))).
Что из этого вытекает для нас? Тех, кто слово ставит на первое место, а любую красивую картинку или кнопку — на второе?

все новости колонки

Кол Контрультура

Буквократ

X

Регистрация