Текущие конкурсы

Конкурс "Загадочная книга"

Принять участие в конкурсах
18-01-2017Автор: Шевкет

В тот вечер

В этот вечер, разбавленный запахом первых весенних цветов и неокрепшего ветра, в компании профессора Браата, оказался его знакомый, ветврач Воротников. Он лечил собаку профессора, которая страдала мочекаменной болезнью. И вот, они оказались здесь. Профессор молчал, словно пытался вникнуть в суть разговора. Ветврач же не унимался, особенно его красноречию помогало красное вино. Вино всегда знает в этом толк. Оно было ему в пору, чему очень сигналил его нос. Немного послушаем их разговор, который был уже изрядно разбавлен вином. 

- Знаешь, это не приговор! Но, ты должен понимать, что операцию делать уже поздно или невозможно. Я тебе как доктор скажу – без лишнего, нужно готовиться к худшему. Она скоро просто сдохнет – он опять выпил порцию и продолжил – ты, конечное, можешь обратиться к другому специалисту. Только вопрос, где его найтить, этого специалиста? А? А его нет в этом городе. Да и в другом тоже нет. Его, вообще, при нашей собачьей жизни и гонке по замкнутому кругу, оччень трудно где взять. Твою мать!

Профессор молча вливал в себя вино и слушал его. Его взгляд  словно покинул его и ушел бродить куда-то далеко. В такие короткие мгновения, профессору часто казалось, что он – не один. Его – двое, или, даже больше. Воротникову надоел свой монолог и он заставил его вернуться:

- Хочешь, я выпью за ее здоровье?

- Не стоит, - отреагировал профессор, так как кто-то один из него, вернулся продолжить разговор,  – все равно сдохнет. Вопрос времени. Лучше на поминки приходи. Похороним и выпьем за упокой ее собачьей души.

- Хорошо! Как скажешь. Вот видишь, в тебе просыпается здоровый реализм. Хочешь, я найду тебе такой же породы? Нет – он сам возразил себе и поднял палец  потолок, словно хотел из него выстрелить,  – другой породы, даже еще лучше.

- Не нужна мне другая порода, ни лучше, ни хуже. Мне вообще, теперь собаки не нужны. Я не буду тебе рассказывать о преданности и привязанности к этим особенным существам, ни к чему это. Просто не нужно мне больше собак. Я уже давно для себя это решил. Уйдет Санни и все. Не нужно других!

- Ну, как скажешь – согласился ветврач – давай лучше еще выпьем.

- Давай – не отпирался Браат.

Сколько же силы есть в этом простой, но очень понятной многим людям фразе – давай выпьем! Сразу над душой восходит солнце, вечная мерзлота превращается в небольшую лужу, и бабочке летают не только в животе, но и по всему телу. И они сделали это опять. И все описанные выше моменты осуществились. После этого всегда возникает непродолжительная  пауза. Ее можно назвать собирательной. Именно в ней все собирают  все в кучу – себя, недосказанные фразы, прерванные телефонные переговоры, недокуренные сигареты и самое важное, мысли. Ну, если конечно, мысли были не наблюдатели.

- Вот, ты говоришь, болезнь… - попытался прервать эту паузу ветврач Воротников.

- Кто говорит? – вставил профессор – я, вообще, молчу. И не думаю ни о чем таком. И, если хочешь сказать, тема болезни моей собаки мне уже не интересна. Понимаешь?

- Приблизительно – парировал ветврач – и что дальше?

- Ничего. Просто это не предмет беседы. Умерла, так умерла. Что можно изменить? Ты, вот можешь заставить дождь литься обратно на небо? Нет! А почему? Потому что это необратимо. Так и болезнь эта. Скорее не в ней дело. А в том, что все когда-нибудь приходит к завершению.

- Я и что говорю тебе, конечно, не стоит на этом зацикливаться.  Как говорили мудрецы, все имеет начало и конец. Эх! Давай лучше поговорим о чем-то глобальном.

- О глобальной болезни? – усмехнулся глазами профессор – так это запросто. Это всегда, пожалуйста. Вот знаешь, какая у всех нас, находящихся в этом странном мире главная проблема? – Он уставился на ветврача и начал сверлить его пристальным взглядом. Ветврач был человеком весьма осмотрительным и не любил власть. Вернее, ее представителей в форме и с красными корочками. Они принесли ему слишком много душевных потрясений. И сейчас, почувствовав во взгляде профессора именно их особую манеру осмотра рядовых граждан. От этой мысли ему стало нехорошо. Он зажмурил глаза и потер их аккуратными докторскими кулаками. Это подействовало. Браат не обратил на это внимание, ведь его взор уже блуждал по посетителям кафе, цепляясь острыми краями за их увлеченные, чем-то своим, души. Но мысль профессор не потерял  и отвечал уже как-бы себе сам:

- А проблема – это мы сами. Вернее наше желание быть лучше себя. Вот вчера ты один, а завтра хочет быть лучше себя вчерашнего. И ты себе говоришь, что это самосовершенствование, а это неправда. Это обман. Попытка себя отбелить. Оправдать свою суть – вранье. Что, разве не так?

- Не знаю, профессор. Воля ваша так думать. Но и не жаждать быть лучше, это тоже, ничего похвального. Болото.

- Может и болото. Но это мое болото. Я сам в нем сижу и никого не прошу в него погружаться. А, это желание быть лучше – кто его соблюдает? Это же ширма, для того чтобы за ней делать только то, что требует твоя истинная природа. Кому – жрать, кому – обладать, а кому – наблюдать и делать выводы.

- Ей  богу профессор – ветврач немного заерзал на кресле и опрокинул в себя еще полстакана вина – мне становится даже жутко от вашего хирургического цинизма. Вам бы в медицину податься, а вы вот в истории роетесь.

- Нет. Человеческие отношения куда интереснее медицины. И, изучать их просто необходимо. Ведь погружаясь в это, мы сможем научиться понимать многое, что нас так волнует. То, что толкает, на определенные поступки. Разве это не важно для Вас?

- Ну, нет. Конечно, это имеет значение для меня – несмело вытягивал Воротников – я же существую среди людей. В социуме, так сказать. И мне как его части, пусть даже небольшой, небезразлично находиться в нем в нормальных отношениях. Дипломатия – это великая вещь. Я за нее.

Профессор сделал несколько глотков, словно в этот момент пытался понять, который из его многих сейчас рулит ситуацией. Со стороны может показаться, что у штурвала его сознания находится воинствующий теоретик:

-  Дорогой мой друг, Вам, и всякому любому, интересны только Вы сами. А что ваш пресловутый социум – просто приборная доска, на которой отражена реакция на ваши поступки, цель коих одна – выживание. Нет, я не буду рассказывать о постулатах Дарвина. Нет. Это не то. Просто Ваш эгоизм, матрица вашей сути, заставляет производить действия в угоду простых, или замудренных  желаний.  Это все давно известно еще до нас. Мне же интересна реакция каждого индивида, как результат душевных мутаций и эволюции души. Надеюсь, объяснил понятно. А что до рычагов и механизмов осуществления этих превращений – они имеют узкий спектр вариантов. Можете сами в этом убедиться. – В доказательство он почему-то широко развел руки. От этих слов у ветврача в области сердца стало немного щемить, он почувствовал себя немного препарированным земноводным. Но, все же он не растерялся и продолжил беседу, как ни в чем не бывало:

- Так то, оно так. Воля Ваша.  Но не станете же Вы отрицать, что сами лишены здорового эгоизма и набор ваших взглядов на мир мало чем отличается от описанных кем-то сюжетов.

- А я не выделяю себя в этом от других. Я такое же унылое дерьмо, что ждет своего часа, чтобы уйти далеко. Но, пока ожидание длится, я так просто не сижу. Я занят экспериментами. Пусть мне возразят, что это все субъективно. Может это и так. Однако, мой субъективизм, не требует торжества над другими, не стремится подчинить, не жаждет поглощать. Он наблюдает, и свои результаты архивирует в настоящий опыт. Я  даже убежден, что он может мне и не понадобиться в практическом даже смысле. Ну, Вы понимаете, не буду я делать из него выгоду. Мое эго не страдает собирательством и наслаждательностью. Вы понимаете?

- Конечно! – поспешил согласился ветврач Воротников, ведь он всегда придерживался правила не идти против ветра. Тем более, он понимал далеко не все, что ему рассказывал Браат. Но, общение с ним его как-то возвышало в собственных глазах. Он считал профессора незаурядной личностью. А, кто может похвастаться, что имеет дело с таким человеком? Очень немногие. И этот факт выделял Воротникова из толпы обычных обывателей. Причастность к чему-то странному и непонятному, порой, часто заставляет подобных людей верить, что они уже, поэтому поводу чем-то отличаются от себе подобных в лучшую сторону. Это, несомненно, печать некой особенности. Но, как назвать ее, как определить природу ее – здесь все становится жутко туманным. Думаю, ответ кроется в том, что они сами не понимают, зачем им эта особенность, ибо не несет она им практического результата, и, вероятно, тихо тешит неудержимое самолюбие. Но если сам не пытаешься быть чем-то особенным, с необъяснимыми поступками и летящим взглядом, как можно рассчитывать на то, что соседство с такими личностями сделает тебя другим? Сможешь ли ты стать лучше себя? Ответ ясен и так – нет! Но, часто, люди не склонны задаваться такими сложными вопросами. Ведь сложное, не всегда комфортно помещается в их мыслях. А если это сложное, вдруг ненароком, пожелает переночевать, так какая же голова это выдержит? Это же сверх меры! И Воротников не был исключением из этого ряда. Ему нравились такие рассуждения в компании Браата, и причина была, несомненно, в этом.  Он поспешил переключить внимание профессора из сферы странных рассуждений к более конкретным вещам:

- А что это за эксперименты Вы, уважаемы профессор, проводите? Мне интересно было бы узнать. Ведь это же не тайна?

- Тайна? Ни какой тайны в этом нет вовсе. Хотя, многие сочтут это странным и вздорным. И это обстоятельство заставит их думать именно так. Тайна есть нечто иное.

- И все – не унимался ветврач, – поведайте мне немного об этом. Вы для меня личность с большой буквы. Ваше жизненное кредо всегда вызывало у меня неподдельный интерес и восхищение. Как говорят про таких людей – икона стиля. А ваш стиль очень индивидуален и неповторим – он постарался максимально сдобрить свои слова сладкой заправкой лести. Куда же дипломатии без этого? Профессор призадумался над этими словами, и, как человек опытный, решил не сразу показывать ему тот факт, что лесть Воротникова была обнаружена. Его задумчивость дала повод  думать, что заправка принята и съедена с удовольствием. Ведь мало кто откажется от такого, хотя каждый понимает в подобной ситуации, что к чему. Лесть всегда, как известно, подобно быстродействующему яду, находит свою цель и поражает ее. И ведь что интересно, ее много не бывает. Кто часто принимает ее, вырабатывает устойчивую потребность к ней, и, представьте себе, уже не может жить без ее присутствия. Если бы лесть причислили к зависимости, подобно наркотическим веществам, то, могли определенно понять, какое разрушение оказывает она на здоровье человеческой психики. Но, среди людей, увы, так не считается. И поэтому, она часто используется как уровень взаимоотношений между людьми, не в зависимости от пола, возраста и социального статуса, как поле для своего обитания.           

 

рейтинг: 0
ваша оценка:

Основое

Конкурсы

Логин Пароль
запомнить чужой компьютер регистрация забыли пароль?
28-05-2019
Update

Друзья!

Наш сайт продолжает обновляться!

Если вы обнаружите какие-то сбои в работе модулей,

Пишите на kunstcamera@mail.ru

Журнал "Наша мододежь"
Журнал "Бульвар Зеленый"
22-05-2019
Jonny_begood. Халед Хоссейни «Бегущий за ветром»

Халед Хоссейни – самый знаменитый из ныне пишущих афганцев. Известным он стал как раз благодаря своему роману «Бегущий за ветром», который вышел в 2003 году и стал мировым бестселлером. Действие разворачивается на фоне политической катастрофы в Афганистане. В романе можно усмотреть черты семейной саги, ведь «Бегущий за ветром» — эпос семейный, в основе — судьбы двух афганских мальчиков у которых был общий отец.

22-05-2019
KINOTE: книги про кино. Дэвид Бордвелл «Парень по кличке Джо»

Kinote

kinote (арт-кино в движении и в деталях)

——————————————————

Teaser-weerashetak

Дата выхода: 2009
Страна производитель: Австрия
Название: Apichatpong Weerasethakul
Количество страниц: 256 (245 цветных иллюстраций)
Язык: английский
Автор: под редакцией Джеймса Квандта

22-03-2019
Николай Желунов.Харуки Мураками «Обезьяна из Синагавы»

Это не сюрреализм и не магический реализм. Не фантастика. Это психологическая проза. Подсознание разговаривает с нами через образы и из них сложена эта история.

Обезьяна — это метафора ревности Мидзуки. Она так угнетала героиню, что была загнана в подсознание — «жила в канализации» (обезьяны не живут в канализации, на минутку). Доктор в результате нескольких сеансов позволил Мидзуки психологически раскрыться и нашел проблему в ее подсознании. Родители любили не Мидзуки, а ее старшую сестру, и девочка получила психологическую травму. Героиня утверждает, что ревность и зависть ей чужды (естественно, ведь о проблеме знает только подсознание), но очевидно ревнует и завидует.

16-03-2019
Выпускники

- А ты когда брал? – спросил Женя.
- Я старый. Десяточка, - ответил Миша Седой, - сейчас и другие цены, да и все не так. Мы уже, мы уже мамонты с тобой, друг. Скоро и мы вымрем.
- Работаешь?
- Да, - отвечал он,  вздыхая, тоном вроде бы жизненным, с другой стороны – каким-то извиняющимся – мол, никак иначе и нельзя было поступить, хотя, извинения эти относились к реальности в целом.
- А я – нет. Ну я так. Ну, понял, да? Как бы это.
- А какой брал?
- Так это когда было? Пять лет назад.
Женя и Миша Седой встретились у станции метро «Боровицкая», день был ветреный, а ветер какой-то острый, какой-то проникающий, кинжальный. Отмечали день покупки дипломов с рук, прямо здесь, у этой станции в свое время, а потому, каждому было интересно, кто чего добился. Кроме того, было интересно, какие вообще теперь дела? Говорят же еще «как по-ходу дела», и это метод облегчения и фразы, и субстанции текущего дня, чувства. И, потом, все же интересно было узнать, как теперь развивается индустрия подпольного изготовления корочек – все ли тут хорошо, или закрутили гайки, или вообще, закрутили их вообще до полного удушения, или же есть еще воздух.

16-03-2019
Елена Блонди. Сто прочитанных романов. Себастиан Жапризо, «Любимец женщин»

Забавная по сравнению с другими романами автора книга. На протяжении всего сюжета она заставляет пребывать в недоумении, читаешь и думаешь, нет, тут явно что-то не так. В итоге да, автор делает финт и все «не так» уютно располагается по своим местам. И вместо серьезного, захватывающего трагического сюжета получается, тут и пародия, и издевочка, и насмешка над собой и гендерными стереотипами.
Но пока этого не поймешь, автора хочется просто убить за описание эдакого сферического самца в вакууме, идеального с мужской точки зрения «милого друга» (с), который всеми встреченными женщинами так беззаветно востребован. Вместе с автором хочется расстрелять и главного героя, но собственно, роман начинается с его смерти, и продолжается развитием сюжета от настоящего в прошлое, в котором — еще пара попыток «милого друга» подстрелить.

21-02-2019
10 затонувших городов мира

Ученые отмечают, что уровень Мирового океана повышается и многие города, которые расположены на побережье, находятся в опасности.
Когда речь заходит о затонувших городах, на ум сразу приходит Атлантида, которая, согласно легендам, была богатым городом с множеством прекрасных храмов, богатой растительностью и великолепными статуями богов. Возможно, это просто миф. Тем не менее в истории были реальные города, которые затонули.

21-02-2019
Неизвестный Египет

«ГОРЫ ОКРЕСТ ЕГО» [Пс 124, 2].
       В Средние века город Каир именовался Вавилоном, а Нил - Евфратом. Это утверждалось  викарием Гергардом, что был послан к султану Саладину в 1175 г. Фридрихом Барбароссой: «Я плыл по морю 47 дней… Наконец, я вошел в Александрийскую гавань, пред которою возвышается громадная каменная башня, указывающая морякам вход в нее. Так как Египет — плоская страна, то на башне горит огонь всю ночь; он обозначает собою для мореплавателей место гавани, чтобы спасти их от опасности. Александрия — великолепный город, украшенный зданиями, садами, и с безчисленным населением. В нем живут сарацины, иудеи и христиане; сам же город находится во власти Вавилонского султана. В прежнее время этот город был очень велик, как то показывают следы развалин. Он протягивался на 4 мили в длину, и одну милю в ширину. С одной стороны его омывал рукав реки, проведенный из Евфрата; с другой же к нему примыкало великое море…» [Арнольд Любекский. Славянская хроника (из записок путешественника XII века Гергарда викария Страсбургского епископа) // История Средних веков в ее писателях и исследованиях новейших ученых. Том III. - СПб., 1887. - С. 445] .

21-02-2019
Козлоу. Боковые концепции. Ослоу

Я расскажу о шаблоне концепции. Это значит, что самой концепции еще нет, но она может скоро появиться.

Шаблон.

Человека самого надо тестировать, шаблон ли он –  в будущем появятся методы определения фейса.

21-02-2019
В-Глаз. Катерина Дмитриева. Мешок без дна (Рустам Хамдамов, 2017)

Пропустив премьеру фильма, спросила друга, на что он похож. «Ни на что не похож» — ответил мне друг, и это стало для меня своеобразным эпиграфом к фильму (люди, участвовавшие в его создании неоднократно подчеркивали в своих интервью, что успех проекта — всецело заслуга режиссера, фильм очень авторский, и такого видения больше ни у кого нет).

все новости колонки

Кол Контрультура

Буквократ

X

Регистрация